Художник, писатель. Владимир Г. СОРОКИН

Биография:
Художник, автор. Единственный профессиональный прозаик из авторов Московского концептуального круга. В. Сорокин сформировался как литератор в среде художников-концептуалистов, и до сих пор, что бы он ни говорил, он все-таки остается весьма хорошим художником (хоть и прекратил к настоящему моменту всякую выставочную деятельность) и весьма понятно, что весьма многим в его шокирующей поэтике он должен непосредственно этому кругу. Сорокин, бесспорно, 1 из наиболее успешных альтернативных писателей - к сер. 90-х он был уже надежно известен на Западе и ряд его романов был издан более чем в десяти странах, за исключением РФ.
Публикация в 1994 г. в "Obscuri Viri" 2-х его наиболее важных романов по-русски ("Норма" и "Роман") стала решающим фактором на дороге к отечественному читателю.

Сорокин в "Аппендиксе":
1) "Пельмени" (пьеса)
2) "Щи" (пьеса)
3) "Dostoevsky-trip" (пьеса)
4) "Hochzeitsreise" (пьеса)
5) "Дисморфомания" (пьеса)
6) "Норма" (роман)
7) "Роман" (роман)
8) "Заседание завкома" (рассказ)

Сорокин в Интернете:
1) Сорокин у Мошкова
2) Сорокин у Курицына
3) Официальный сайт Сорокина
4) Тексты Сорокина на АКМ

Творчество:
В течение 80-х гг. Сорокин настаивал на том, что он - не автор, собственные тексты виделись ему если не антилитературой, то как минимум чем-то равнодушным литературе, напротив, или, тем, чему литература безразлична. В его ранних книгах - "I субботник", "Норма", "Очередь" - наличие коллективной речи настолько массивно и несводимо, что авторство с первого взгляда ограничивается обычный режиссурой и компоновкой. Речь, разговорный язык были материалом, с помощью которого Сорокин "выклеивал" свои текстовые аппликации. В рамках своих текстов он вел революцию, войну против норм, традиций в литературе и вообще, в эстетике и этике. Речь Сорокина хладнокровно выкраивается в наиболее немыслимых комбинациях, заставляя читателя испытывать реальный шок.
Более поздние труды Сорокина слегка изменяют тактику - их композиция усложняется, возникает своеобразная фабула, однако цели остаются теми же. Потому, как бы это ни было странно в 80-е, он стал одним из наиболее популярных писателей на сегодняшний день. Эпоха постмодернизма вынесла Сорокина на гребень собственной волны, превратив его в большее, чем в писателя - в архетипа новой культуры.

Из рассказа "Возможности":
"Что может человек? Бродить по нешироким улицам, полным тумана и водяной пыли? Поддевать тонким кончиком зонта грязные желтенькие листья? Трогать рукой мокрые стенки? Или может - подниматься по грязным черным лестницам в надежде встретить усталую женщину с лицом провинциалки? А может - бесшумно отворить свою дверь, нашарить выключатель и разбить его отчаянным ударом? А позже пройти на кухню, открыть старый пузатый холодильник и долго стоять, любуясь его содержимым?"


Из романа "Тридцатая любовь Марины":
"Марина молча улыбнулась. В спальной она не умела шутить.
Громадные руки в мгновенье содрали с нее свитер и колготки с трусиками.
Валентин привстал, халат на нем разошелся, закрыв полкомнаты, и бесшумно свалился вниз на толстый персидский ковер.
Постель мучительно скрипнула, светлые руки оплели смуглое тело Марины.
У Валентина была широкая безволосая грудь с огромными, практически женскими сосками, с двухкопеечной родинкой у еле различимой левой ключицы.
- Котеночек...
Губы его, хищно раздвинув волосы, медленно вобрали в себя Маринину мочку, мощная рука ваятеля прошлась по грудям, животу и накрыла пах."